Одинокие люди психология

Исповедь одинокого мужчины

Вот такое письмо довелось мне прочитать. Привожу его почти полностью:

«В тот год я совсем не собирался уезжать из города. Просто в отпуск представилась возможность съездить к друзьям. Она провожала меня на вокзале, и вдруг стала говорить, что я больше не вернусь. Я тут же принялся ее убеждать, что это глупость, и надо выбросить подобные мысли из головы. Я говорил, что так насовсем не уезжают, у меня даже вещей с собой нет, только подарки. Она помолчала, потом вздохнула и сказала: «Ты не вернешься! Ты бросишь меня!»

Вместо того, чтобы успокоить ее, я разозлился, и мы, в конце концов, поссорились. Если бы я знал, что под сердцем у нее уже бьется мой ребенок! Я бы просто остался бы с ней, а так… поезд тронулся, я уехал, а она пошла искать доктора.

Срок беременности был уже большой. Так не родился мой первый ребенок, моя дочь. Я узнал обо всем, когда уже вернулся из отпуска. Сейчас ей было бы 17 лет. Моя жизнь была бы заполнена заботами о ней, а сейчас ничего этого нет. Я представляю ее иногда, то крохотной девчушкой с бантами, то взрослой девушкой. Я даже знаю, как её звали бы — Татьяной, Танюшкой, Танечкой!

А потом родился мой сын, родился слабый, шестимесячный, его мать едва выносила ребенка после первого аборта и долгого лечения. Нам долго его не отдавали, мы ходили под окнами больницы, в которой ребенок, мой сын, лежал в какой-то капсуле, а врачи боролись за его жизнь. Мой Никита выжил! Это было счастье!

Сколько же было радости в доме, когда мы принесли сына домой. Я работал и знал, что дома меня ждет сын, мой Никитка! А потом он заболел, и его увезли в больницу снова. Я ничем не мог ему помочь. Сейчас ему было бы 14 лет. Но ничего этого нет.

И ничего в моей жизни не осталось. Я не сумел сделать счастливой жену – мы не смогли простить друг другу потерю двух детей, и она ушла. Так что теперь я совсем один. Хотя нет, еще водка, которой я глушу боль и одиночество. Каждый вечер знакомой дорогой я иду в ближайший подвальчик, где уже бушуют винно-водочные страсти. Простите меня, детки!»

Психология материнства

С верх-зависимость от матери может проявлять также и дочь, вернувшаяся с ребенком после неудачного замужества к матери или вообще не вышедшая замуж. В этих случаях мать получает возможность организовать своеобразную «семью», в которой вместо одного ребенка (дочери), у нее появляется уже двое детей (дочь и внук или внучка). Она начинает опекать и контролировать не только дочь, но и внука или внучку.

При возвращении дочери в родительский дом после развода мать начинает «жизнь заново». Она вновь чувствует себя молодой и необходимой, активной и заботливой. Но, к сожалению, этот «всплеск» жизненного тонуса матери «подпитывается» жизненной энергией дочери, мать как бы отбирает у нее жизнь, вновь становясь семейным лидером. И не всегда понятно, почему дочь не смогла ужиться с мужем и была вынуждена развестись: потому, что она изначально была зависимой от матери, инфантильной и не готовой к самостоятельной семейной жизни или доминантность и авторитарность конфликтующей с зятем матери не позволили дочери иметь благополучную семью? (фильм Г. Панфилова «Бабье царство»).

Как у внука, так и у внучки, выросших в таких условиях, личная жизнь может также не заладиться. Сказывается отсутствие реального опыта полноценных женско-мужских, любовных и семейных отношений, в которых мальчик получает возможность «считывать» формы сугубо мужского поведения, а девочка — женского. Юноша, воспитанный в такой женской «семье», все же имеет определенные шансы организовать собственную семью хотя бы потому, что в российских условиях у него есть довольно широкий выбор из-за количественного преобладания женщин над мужчинами. Девушка из такой «трехэтажной» женской «семьи», наблюдавшая одиноких бабушку и мать, практически также обречена на одиночество. В народе данный феномен определен как «венец безбрачия».

Становясь одинокими людьми, такие «выросшие дети» испытывают повышенную тревожность перед миром, остро чувствуя собственную незащищенность и уязвимость. Их мучают страхи, они мнительны и подозрительны, ожидая от окружающих людей каких-либо неблаговидных поступков по отношению к себе. Часто такие негативные ожидания преувеличенны и не связаны с реальным отношением к ним людей. Страхи и переживания опасности делают их замкнутыми, как бы «ушедшими в себя». Они стремятся найти защиту у мамы, которая, как им кажется, надежно, как «стена», закрывает их от агрессивного и непредсказуемого внешнего мира.

Такая неадекватность, сверх-тревожность и аутичность может сформировать у выросших сына или дочери определенную акцентуацию характера вплоть до пограничного состояния и даже психического заболевания. В психологической литературе распространено мнение, что это может быть шизоидная акцентуация, соответственно, мать здесь выступает «шизогенной мамой». В психиатрической литературе фиксируют случаи шизофрении, называя мать, породившую психическое заболевание у своего ребенка, «шизофренногенной мамой» (В.В. Столин, 1983, с. 34-38; … кто-то из итальянцев).

Все люди — враги, только я тебя смогу защитить

Сверх-тревожность, подозрительность, страхи, незащищенность, инфантильность,

Когда ты рядом, мне спокойно

Если же выросший у такой матери ребенок, юноша или девушка, все же построили свои семьи, в них наблюдаются определенные, типичные для таких детей, психологические трудности. Так, сын часто сохраняет зависимость от матери, физически являясь взрослым человеком, а психологически — незрелым и инфантильным ребенком. Такого молодого человека люди обычно зовут «маменькиным сынком». Если он женился на девушке мягкой, эмоциональной и слабой по характеру, старшая женщина (свекровь) сохранит и даже усилит свое влияние на сына. Он будет ориентироваться на ее мнение, спрашивать ее совета, отдавать ей деньги и т.п.

Но чаще всего такой сын выбирает в жены женщину сильную и транслирующую в любовных отношениях материнскую позицию с тем, чтобы неосознанно завершить свои отношения с матерью. В своей семье он проявляет себя противоречиво и двойственно: с одной стороны, такие мужчины высказывают требование, чтобы принимали их мужское лидерство, с другой стороны, реально они выступают зависимыми от своей жены. Женщина в результате вынуждена «подыгрывать» своему мужу: делать внешний вид, что в семье главный — он, но реально принимать решения, зарабатывать деньги, заниматься семейными делами, воспитывать детей, т.е. быть семейным лидером.

Неосознанно все же испытывая давление со стороны матери, такой сын может «сбрасывать» свое раздражение на жену, стремясь именно с нею «достроить» себя и стать взрослым и зрелым. Такое стремление часто выражается в неоправданной агрессии по отношению к жене, направленности на личное самоутверждение и даже некотором мужском самодурстве. Агрессивность такого зависимого мужа часто усиливается еще и тем обстоятельством, что подсознательно он испытывает чувство вины перед матерью за то, что ему пришлось уйти от нее к другой женщине — жене.

Может быть и другой «вариант» решения проблемы — сознательном принятии мужем лидерства своей жены. Часто такие мужчины зовут жену — мамой, при этом не обязательно она должна быть старше своего мужа. Но семьи, в которых женщина — физически и психологически старше своего мужа и в которых она лидирует, а он — беспрекословно ей подчиняется, строятся по типу детско-родительских отношений, в которых муж выступает как бы «сыном» своей жены.

Такие семьи стабильны и устойчивы, если жена — активная, энергичная женщина, сформированная по типу «старшей сестры». Он стремится получить заботу, она — заботиться. Но семьи распадаются, если рядом с незрелым мужем-ребенком оказывается такая же незрелая жена-ребенок.

Кроме инфантильности молодого мужчины и его зависимости от матери, довольно часто встречаются также инфантильные, незрелые и зависимые дочери. Таких дочерей народ называет «маменькиными дочками». Инфантильность жены проявляется в том, что она сохраняет свою зависимость от матери, которая начинает лидировать в семье молодых супругов: принимать решения, распределять деньги, воспитывать внуков как своих детей и проч.

Если молодой муж стремится к независимости, он будет бороться за свою семью, конфликтовать с тещей и стремиться «оторвать» жену от матери. В случае удачи семья сохраниться, в случае неудачи — муж уходит, а дочь с детьми остается с мамой.

Рассматривая грустные личные истории одиноких людей, часто хочется спросить: кто же виноват — мать, сын или дочь? Профессиональный опыт показывает, что на этот типично русский вопрос можно ответить так: виноваты все — и мать, и дети.

Налицо — вина матери, поскольку она не смогла построить собственную личную жизнь и вынуждена жить, как бы «паразитируя» на жизни своего ребенка, сына или дочери. Мать воспроизводит привычные для нее отношения, которые она усвоила в неполной родительской семье, а также структуру такой «семьи» — подавляющий лидер и подавляемые ведомые. Кроме того, становясь «главой» семьи, в которой ее «партнерами» выступают сын или дочь, она приобретает иллюзию, что живет семейной жизнью.

Следовательно, мать совершает две жизненные ошибки. Первая ошибка заключается в том, что она не умеет преодолеть усвоенный ею стиль отношений, не понимая и не чувствуя, что неполная «семья», в которой она выросла, скорее, не правило, а печальное исключение. Мать, которая живет, повторяя усвоенный в родительской семье опыт, обычно рассуждает так: «Моя мать была одинокой женщиной и вырастила меня без отца. И мой сын проживет один (или дочь проживет одна)». Для сравнения приведем логику рассуждения матери, которая стремится преодолеть стереотип неблагополучных отношений, в которых она воспитывалась: «Моя мать была одинокой женщиной и вырастила меня без отца. И я буду счастлива, если мой сын (или моя дочь) будет иметь семью».

Вторая ошибка матери состоит в том, что она не смогла «отпустить на свободу» своего ребенка, сына или дочь, в тот возрастной период, когда им это было необходимо. Это прежде всего подростковый возраст, когда ребенок проходит путь личностного взросления, а также период юности, когда у сына или дочери появляются собственные любовные привязанности.

Так, во время подросткового периода мать с необходимостью должна признать самостоятельность и независимость своего ребенка, несмотря на то, что она может испытывать сложные и болезненные переживания. В это время обычно матери говорят так: «Совсем перестал(а) слушаться. Делает все по-своему!». Мать говорит о стремлении к самостоятельности, наблюдаемом ею у своего ребенка, как о чем-то плохом, что нужно «пресечь в корне», хотя на самом деле быть независимым и самостоятельным хочет каждый подросток, поскольку такое стремление — основная жизненная задача его возрастного развития. Не пройдет ребенок этот период успешно, на всю жизнь может остаться зависимым и инфантильным.

В период юности, когда у сына или дочери появляются первые любовные привязанности, мать обычно говорит так: «Всю жизнь ему отдала, а он, неблагодарный, только о ней и думает!» («Всю жизнь ей отдала, а она, неблагодарная, только о нем и думает!»). Или: «И что он в ней нашел!?» («И что она в нем нашла?!»). И в этот период мать не принимает в расчет жизненной задачи своего сына и дочери, которые начинают проходить счастливый и одновременно трудный путь овладения ролью мужчины и женщины, в будущем, соответственно, отца и матери.

Нельзя говорить односторонне, обвиняя во всем только мать, которая в своем материнстве ищет путь спасения от одиночества. Конечно, тот поиск матери несет в себе черты инертности, неспособности к жизненному творчеству и материнского эгоизма, но отношения двоих всегда выступают двусторонними отношениями, в содержание которых вносят свой «вклад» два участника: и мать, и ребенок. Вполне оправданно здесь можно говорить о вине ребенка — сына или дочери. В чем же она заключается?

Сына или дочь, вступающих в период подростничества и юности, можно обвинять в том, что они не борются за себя, за свое взросление и за свою самостоятельную жизнь. В определенном смысле они пользуются матерью, ее жизненной силой и опытом, испытывая страх перед взрослением. Ведь стать взрослым — это взять на себя обязательства, усвоить социальные нормы и запреты, принять долг любви, материнства или отцовства. Это все — тяжелый ежедневный труд, исполняемый не столько по желанию и в соответствии с принципом удовольствия, сколько по чувству долга и в соответствии с принципом объективно-необходимого.

Так, подросток, стремящийся к самостоятельности и независимости, должен научиться общаться, разбираться в людях, ставить собственные цели и стремиться их достичь. Кроме этого, подросток должен разобраться в самом себе, «нарисовать» свой индивидуально-психологический портрет, сформировать свой внутренний «Образ-Я». Решить эти жизненные задачи трудно, но необходимо.

Юноша или девушка, вступая в любовные отношения, должны получить опыт заботы о другом человеке, прощения и самопожертвования. При рождении ребенка они должны научиться не столько брать, сколько отдавать, — себя, свои силы, энергию и жизненное время, — маленькому родившемуся существу. Очевидно, что физически и психологически это делать невероятно трудно, а всегда существующий соблазн скрыться от жизненных проблем «под крылышком матери» очень велик.

Вину сына или дочери, не ставших по-настоящему взрослыми, можно кратко сформулировать так: отказ от жизненного труда и осуществление выбора в сторону более легкого жизненного пути, свободного от обязательств, долга и самопожертвования, построения своей жизни по принципу «Я хочу и дай».

Несмотря на то, что внешне такие взрослые дети живут проще и легче, не обремененные заботами и расходами, они «платят» за это невероятно дорого — своим отказом от собственного будущего. Действительно, рано или поздно мать завершит свой жизненный путь и покинет своего выросшего сына (или выросшую дочь), а последних ждет пустой дом и одинокая старость. Увы, печальная судьба!

При поиске ответа на этот второй, типично русский вопрос, следует принять во внимание, что ситуации доминантно-инфантильного симбиоза матери и физически выросшего, но психологически незрелого ребенка (сына или дочери) очень трудно поддаются психологической коррекции. Многие психологи считают, что эти случаи вообще не могут быть изменены, т.к. на консультацию обычно приходят те выросшие дети, которые заводят семьи. Сыновья и дочери, остающиеся жить с матерью на протяжении всей жизни, к психологу обычно не обращаются. Но и вступающие в брак выросшие дети идут на консультацию очень поздно, когда возникающие трудности становится невыносимыми, особенно если молодая семья начинает жить в одном доме со старшей женщиной — тещей или свекровью.

Трудность разрешения проблем взаимодействия выросших детей и матери состоит также в том, что на психологическую консультацию почти никогда не приходят все участники семейной драмы. Чрезвычайно редко приходит молодой муж и практически никогда не приходит мать. Увы, это так. Но в жизни нет ничего непреодолимого, и бороться надо всегда, — за себя, свою семью и своих детей.

Поэтому ответы на вопрос «Что делать» формулируются мною отдельно для одинокой матери, воспитывающей ребенка без мужа; ребенка в подростковом и юношеском возрасте; снохи, имеющей «тяжелую» свекровь; молодого мужчины, который воспитывался одинокой матерью и женился; зятя, имеющего «тяжелую» тещу, воспитавшей без мужа его жену и, наконец, дочери, которая воспитывалась одинокой матерью и вышла замуж.

Что делать матери, которая одна воспитывает ребенка?

  • Необходимо помнить, что гармоничное воспитание ребенка возможно только тогда, когда его воспитывают двое — женщина и мужчина. Одна женщина, тем более одинокая женщина, никогда не сможет правильно воспитать ребенка. Она будет проявлять себя с ним излишне нервно и неустойчиво, передаст ему огромное количество своих страхов и «комплексов». Кроме того, у матери всегда есть опасность решить свои личные проблемы за «счет» ребенка, особенно проблему своего женского одиночества и несостоявшейся семейной жизни.

Итак, включенность матери в жизнь своего вырастающего ребенка должна быть адекватной, спокойной и разумной. Решение личных проблем, имеющихся у матери, должно осуществляться вне ее отношений с ребенком, с другим взрослым человеком или в деятельности.

Источники:
Исповедь одинокого мужчины
В тот год я совсем не собирался уезжать из города. Просто в отпуске представилась возможность съездить к друзьям. Она провожала меня на вокзале, и вдруг стала говорить, что я больше не вернусь.
http://www.wild-mistress.ru/wm/wm.nsf/publicall/2006-04-19693552.html
Психология материнства
С верх-зависимость от матери может проявлять также и дочь, вернувшаяся с ребенком после неудачного замужества к матери или вообще не вышедшая замуж. В этих случаях мать получает возможность
http://www.mgarsky-monastery.org/kolokol.php?id=1073

(Visited 1 times, 1 visits today)